воскресенье, 25 января 2009 г.

Вновь прокурены все косы.
Ветер дует снова с моря.
Наконец вернулись грозы -
Дозы пасмурного горя.
Может, повзрослев немного,
Я открою правду мигом?
Только где моя дорога? -
Заросла травою дикой.
Только где мои подружки? -
Убежали хороводом.
Годы стали просто стружкой.
Поле спит у небосвода.
Ну а мне - комок из сена, -
И в подарок, - слёз комок,
Непроколотая вена
И пустынный уголок.

Шаманы


Шаманские игры уводят вас в сторону.

Вы очарованы диким танцем

Молодых шаманок, зовущих от города.

Но берегитесь! магия в пальцах!

Боги язычников слишком жестокие,

Их колдовсту шаманы подвержены.

Слишком уж часто и слишком уж многие

Относились к их силам небрежно.

Вскоре шаманы "верой неправедной"

По справедливости вас рассчитают.

Скоро шаманки полуденным маревом

В болоте вас встретят и там же оставят.

Девичьи игры сквозят одиночеством.

Надвое юноши сердцем расколоты.

Шёпот шаманов станет пророчеством

И уведёт человечество в сторону.

пятница, 23 января 2009 г.

царевна


- Да я её просто убью! – завопила барышня, - да кто она такая?! Да откуда она вообще взялась?!
 Дракон поднял одну из трёх голов и лениво водил ею в направлениях, в которых шагала взбешённая девушка.
- Да ладно тебе, Яга, - вымолвила та голова, что лежала ближе к избе.
- Я ради него в старуху превращаюсь, чтобы не шастал сюда никто, - орала девица, - а он завёл какую-то… какую-то…
Тут она выругалась и плюнула под ногу избе.
- Ну, временно это, - сказала самая дальняя голова, - сама же знаешь, бывает у него…
- Бывает? – Яга налилась краской, - БЫВАЕТ?! Я ему покажу – бывает!
Она влетела в избу, и изнутри донеслись перезвоны стеклянных баночек. Из двери выглянула рыжая голова и проорала:
- Импотентом будет!
Дверь хлопнула. Горыныч, а именно так звали дракона, которого все называли змеем, потому что в языке просто не было слова «дракон»; так вот, Горыныч тяжело вздохнул и уложил свою среднюю голову рядом с остальными.
- Погубит его девица наша, - сказала первая башка.
- А так ему и надо, раз он неверный такой, - возразила левая, - смотри, как девку изводит.
- Может, предупредим его? – спросила средняя.
- Ага, ты прошлый раз забыл что ли? – сказала первая, - как она нам всыпала, когда мы её в башню к нему доставили… Три недели потом кашлянуть боялись. В еду что-то подсыпала, ведьма!
- Да, вспоминать страшно, - вздохнула левая и прищурила правый глаз, - но это он нас обманул. Сказал, что он ей тракторы какие-то отдать должен…
- Да не тракторы, а трактаты, балда! – сказала средняя и отвесила левой башке щелбан. Левая обиженно зашипела и отвернулась.
 В избушке тем временем всё ходило ходуном. Из трубы валил то зелёный, то оранжевый дым, а из-за двери доносились страшные завывания заклинаний. Внезапно распахнулось окно, из него вылетела Яга и, пролетев метров 10, рухнула в озеро. Все три головы змея захихикали.
 Яга, ещё злее, чем прежде, направилась обратно к избе. Но та, почуяв неладное, быстро заработала своими курьими ногами и свалила от хозяйки подальше. Девушка взвизгнула от возмущения и бросилась следом за убегающим домом, но налетев на старое бревно (а, может, поскользнувшись на кочке), упала на землю.
 Изба помахала лапой и скрылась из виду.
 Яга заплакала.
- Ягуша, не твой день просто, - стал утешать её Горыныч, - ну, не плачь… хочешь, я тебе цветочков нарву или ягодок лукошко наберу? А, хочешь, прокатимся?
- Не хочу! – ревела в голос девушка, - Ничего не хочу-у-у!!!
- Изба вернётся…
 Тут Яга разразилась ещё более горькими рыданиями. Да, утешитель из Горыныча был никакой, и он, свернувшись калачиком, притих.
 Наплакавшись вволю, Яга достала красный платочек из кармашка платья, пошла, умылась в озере и села на берегу с самым серьёзным видом. Надо было обдумать план. Прежде всего, необходимо было разобраться – что за фрукт, эта её соперница. Потом понять, что привлекло в ней Кощея, хотя тут более-менее всё ясно. А вот зачем девушке понадобился он, было не совсем очевидно. Да, и надо было разработать методы борьбы.
- Горыныч, - обернулась барышня к дракону.
- Ау, хозяюшка? – ответил послушный змей.
- Сходи, приведи мне Ваню, поговорить надо, - попросила она.
Змей плюнул три раза и, став маленькой ящеркой, скрылся в траве.
 
Яга встала и свистнула. Через несколько минут на ветку ближайшей сосны опустился ворон.

- Здравствуй, Ягунечка, - каркнул он.
- И ты здрав буде, господин Хёген, - ответила с поклоном девушка. Ворон довольно щёлкнул клювом.
-Чего звала?
- Совета испросить хотела, - сказала Яга и потупила глазки.
- Спрашивай, красавица наша лесная.
- Говорят люди, что есть на свете царевна Василиса Прекрасна. И что нет её краше никого.
- Говорят, значит, есть, - ответствовала птица.
- А ещё говорят, что царевна эта хитра, как лиса и расчетлива, как купец жадный.
- У всех свои недостатки, - кивнул ворон головой.
- Рассказывают, что позарилась она на богатства Кощея нашего…
- И зачем бы ей его богатства, коли она сама царевна?
- Ну, конечно же! – воскликнула озарённая Яга, - спасибо тебе, мудрая птица!
- Всегда рад помочь, - ответил ворон и взлетел с ветки.
«Ну, теперь с тобой всё ясно, голубка моя красная!» прошептала Яга.
**
Раздался стук по дереву, и она обернулась. За сосной стоял симпатичный парень и улыбался.

- Привет, девица красная! – сказал он.
- Здравствуй, Ванюша! Рада тебя видеть! – улыбнулась в ответ Яга, - как жив-здоров? Как матушка с батюшкой поживают?
- Всё в порядке. А ты тут как? Как птичка ещё летать не научилась?
 
Вспомнив утреннее происшествие, Яга нахмурилась и поняла у кого непомерно длинный язык и безграничная любовь к болтовне. Горыныч на глаза не показывался.

- Как видишь, пока нет, только пою немножко.
- Да, поёшь ты красиво, я слышал, - парень присел на траву.
- Когда? – растерянно хлопая глазами, спросила Яга.
- Было дело…
- Слушай, Ваня, я ж тебя попросить хотела… Можно? – присела она рядом с ним, - мне помощь твоя нужна.
- Для тебя – хоть на край света!
На лице девушки вспыхнул румянец.
- Говорят, что царевна есть – Василиса Прекрасная. Слыхал про такую?
- Слыхал. А тебе-то она зачем? – удивился Ваня.
- Говорят, не замужем она…
- Ну, люди всякое болтают. А мне-то что?
- Слушай, Иван, - затараторила Яга, - я знаю, ты ко мне сюда не так просто бегаешь, и то, о чём я тебя попрошу, может тебя обидеть, но умоляю, помоги мне… чует сердце моё беду.
- Да в чём дело-то?! – не выдержал парень, - говори, не томи!
- Замуж царевну выдать надо!
- И?
- Я подумала… может, за тебя?
- ЧТО? – Ваня встал, удивлённо уставившись на Ягу, - Яга, ты же знаешь, что никто окромя тебя мне не снится, одной тобой живу!
- Вот и развеешься, - попробовала выкрутиться девушка.
- Да в своём ли ты уме? – он пощупал ей лоб.
- Ваня…
- И слышать не желаю! – отрезал он.
- Вань, ну очень надо.
- Не нравлюсь тебе, так прямо и сказать могла, - укоризненно сказал он.
- Да нравишься ты мне, просто попросить больше некого… - грустно махнула она ресницами.
- Нет! Ты меня на это дело не подписывай! – он направился прочь с опушки.

Яга заплакала. Иван остановился. Когда девушка в очередной раз всхлипнула, он вернулся и сел с ней рядом.

- Зачем тебе её замуж выдать-то надо?
И вот как ему скажешь?!
- Понимаешь, Василиса - волшебница, но ей хочется получить чужую силу….
- Твою, что ли? – перебил Ваня.
- Мою, - охотно согласилась Яга, - и вот если замуж её выдать, то силу мою взять она не сможет. А ты же знаешь, я без силы не могу. Как без силы с избой да с Горынычем управишься?
Ваня молча что-то прикидывал в уме.
- Я тебе зелье дам приворотное, и меч-кладенец (на всякий случай). Новое какое-то оружие. Кузнец подарил за то, что дочку его вылечила. Ваня, я всё, что попросишь, сделаю, ты женись только, а?
- Она красивая хоть? – сказал Ваня уныло. Он уже не раз помогал волшебнице разруливать проблемы, но такого в практике ещё не было.
- Говорят, глаз не оторвать! Поди, меня сразу забудешь! – толкнула она его в бок и улыбнулась.
- Тебя забудешь, - вздохнул Иван.
- Ты согласный? – с надеждой спросила девушка.
- Ну, а кто ж тебе ещё поможет?
Она улыбнулась и обняла Ваню.
- Ладно, давай свои отвары, да меч-кладенец, да коня ещё и одежду новую! – затребовал он.
- Чё-то ты разогнался, братец! Я только зелье и кладенец обещала.
- А остальное я где возьму? – возмутился парень.

Яга хмыкнула и свистнула два раза. Через полминуты на поляне стоял белый конь. Золотая грива его сияла на солнышке. Конь нетерпеливо бил копытом.

- Ай, красавец, - выдохнул Ваня.
Конь фыркнул и позволил себя погладить.
- Зовут Арагорн. Ухода особого не требует. На волю его только отпускай периодически, да корми хорошо! Изба! – позвала Яга и топнула ногой.
Из-за соседнего пригорка выглянула избушка и с опаской пошла к хозяйке.
- Да иди, не бойся, - подгоняла девушка, - не буду ругаться, иди скорей, по делу надо!
 Наконец, Яга забралась в избу. На печке сияли зелёные и рыжие пятна, вся комната была окрашена в те же цвета. Стол был сметён хозяйкой во время полёта к озеру. Она подошла к шкафчику на стене и достала пузырёк с бесцветной жидкостью. Из сундука вытащила костюм мужской, совсем новый, а из-за печки – меч-кладенец, с неё ростом.
 Еле выволокла всё добро наружу и протянула Ивану. Тот с лёгкостью подхватил все эти чудеса и, запрыгнув на коня, умчался прочь.
- Если что – зови! – крикнула Яга ему вслед.
**
 Много ли времени прошло, мало ли, но посватался Ваня к Василисе. Но царевна отказала ему, сказав, что уже жених один имеется и другого ей не надобно. 

Яга явилась к девице и представилась портнихой, предложила сшить платье свадебное. Василиса – девушка фигуристая, с длинной золотой косой да неземной красоты лицом, едва ли заметила бедно одетую крестьянскую женщину, но отправила её в мастерскую к своей швее, ибо в этом деле лишних рук не бывает. Там Яга трудилась как каторжная, а когда вышивка на платье была закончена, приколола к подкладке иголку. Маленькую да неприметную.
 Настал день свадьбы. Яга и Ваня пришли на праздник как в воду опущенные. Ваня, как и предсказывала подруга, влюбился в Василису и грустил теперь безмерно, а Яга знала, что не видать ей больше Кощея, как своих ушей.
 Пиршество закончилось.
 На следующее утро стало известно, что Василиса выгнала Кощея из дома, а сама в замке его осталась. Яга только усмехнулась. Она знала, чего добивается супруга Кощея, и к кому он прибежит. И точно – к полудню он прискакал к её избе.

- Прости меня! – упал Кощей на колени перед Ягой.
- Не понимаю, о чём ты, - сделала она удивлённые глаза.
- Что женился на ведьме этой! Прости, я тебя люблю!
- А…- хмыкнула она, - теперь ты вспомнил?!
- Помоги мне! Трактат всё ещё у тебя? – спросил он.
- Стоп, стоп. Мы остановились на «люблю».
- Люблю, - подтвердил Кощей, - так он у тебя?
- Нет.
- Как? - он схватился за сердце.
- Так. У жены твоей он, - сказала Яга.
- Я пропал, - сказал Кощей и лёг на поляну.
- Точно, - подтвердила Яга, - ты пропал.
- Зачем ты ей его отдала? – завопил парень, - ЗАЧЕМ?!
 Яга сурово посмотрела на него.
- Чтоб она его не нашла, дурень!
- А где же он?
- Поверь мне, она его не отыщет.
- Скажи мне… - умоляюще посмотрел на неё Кощей.
- Не скажу, тебе же лучше.
 Парень вскочил на ноги и схватил Ягу за распущенные волосы.
- Говори немедленно, где мой трактат!
Яга зарычала и попыталась ударить Кощея, но он только крепче вцепился в её прядки. Не выдержав, девушка, щёлкнула пальцами, вспыхнула красным цветом, и Кощей отлетел в сторону метров на 5, ударился головой о берёзку и отключился. Яга выругалась, связала приятеля и попросила Горыныча уволочь саботажника в ближайшую пустующую медвежью берлогу.
Под вечер явилась Василиса (кстати, напрасно под вечер, ибо вечер – совершенно не лучшее время суток для неё). И как она нашла избушку до сих пор… Хотя нет, понятно. Ваня не смог отказать любимой.

- Где он? – заорала она первым делом, распахнув дверь.
 - И Вам доброго вечера, сударыня, - ответила Яга.
- Выдай мне этого труса, и забудем это недоразумение, - сказала Василиса каменным голосом.
- А кого Вы ищите? – удивилась хозяйка.
 Василиса налилась краской.
- Кощей, выходи! Я знаю, что ты здесь! У любовницы своей укрылся! От жены сбежал! Но я прощу тебя…
- Позвольте, - возразила Яга.
- Послушай, девочка, - царевна подошла очень близко к хозяйке, - не мешай мне, я заберу супруга и уйду. 
- Уважаемая, с чего Вы взяли, что Ваш супруг… - начала Яга, но, не успев договорить, вылетела в окно.
- Изба, - приказала Яга, едва успев приземлиться на ближайшую свою клумбу с наперстянками, - наклонись-ка!
Изба, послушно наклонилась, и в окно вышла уже Василиса.
- Так-так, - прищурилась царевна, поднимаясь. Издав воинственный клич, она начала рисовать в воздухе руны. Яга отошла на два шага влево, и Василиса точным ударом курьей ноги оказалась в озере.
- Мягкого приводнения, - пожелала Яга.
Это переполнило чашу терпения царевны.
- Ваня! – крикнула она.
Тот не замедлил появиться с самой хмурой рожей, на какую был способен.
- А, привет, братец, как де...– пригнись Яга на секундочку позже, осталась бы без башки, - понятно, а говорил, что только мною живёшь…
Яга попятилась.
- Слушай, Ваня, давай забудем наши ссоры, я за тебя выйду и все дела?
За волосы её схватила Василиса (у них это семейное, что ли?). Яга завопила от неожиданности и боли и изогнулась дугой. Ваня замахнулся мечём, Василиса толкнула Ягу вперёд…
Звякнуло железо. Над головой знакомый голос произнёс спокойно:
- Паршивая стратегия, банальная расстановка бойцов на поле боя.
- Кощей, - выдохнули все трое.
 Василиса бросилась к нему, но Яга ловко ухватила её за ногу и повалила на землю.
- Вечно ты мне дорогу переходишь, - проскрипел зубами Ваня, - сначала Яга, теперь Василиса.
- А я что ли виноват, что я бабам больше нравлюсь? – хохотнул Кощей и протяжно свистнул.
 Ваня вновь махнул мечём. «Вообще, дерётся он толково, - рассуждал Кощей, махая клинком, - Наконец-то!»
 На поляну приземлился Горыныч, как раз когда Ваня выбил меч из Кощеевых рук.
- Забирай, - скомандовал Кощей.
 Правая голова схватила Ивана за шкирку.
- Забирай, - донёсся со стороны Василисы голос Яги.
 Левая голова сцапала царевну за платье. На земле, еле дыша, сидела Яга.
- Давай их куда-нибудь за тридевять земель отсюда, - попросила она.
 Змей скрылся в облаках.
- Фу… - выдохнула Яга, - пошли чая попьём?
- Пошли, - согласился Кощей.
**
 Вышли ночью к озеру, стали на небе звёзды рассматривать.
- А как ты… Ну… – спросила Яга.
- Да зачем тебе знать такие подробности? - улыбнулся Кощей.
Помолчали.
- Что ж, улетело моё бессмертие… Может, и к лучшему оно?
- Ну, может, улетело… А может, и нет… - хитро улыбнулась Яга.
Кощей вопросительно посмотрел на неё.
- Откуда мне знать? – сделала девушка огромные глаза и развела руками.

четверг, 15 января 2009 г.

Дождь

Я любила дождь...

И мы вместе смеялись

Ночами.

По спине бежит дрожь...

Мы могли целоваться

Часами.

Мы болтали

Столько, сколько хотелось

Ногами.

Напевали песни,

Смотрели в глаза неба,

Серого неба.

Мир тесен,

Когда его рядом нету

И он не рисует на теле

Водой картины...

Чуть-чуть и я взлетела..

стихи шептала...

Пока дождь мирно,

Пока дождь тихо, неумело,

Не объявил устало,

Что он закончился

Лето 2008

Меня любило лето.

Любило не по-детски.

Любило... как в кино!

(Скорей всего, немецком).

Ах лето, как прекрасно

С тобою просыпаться! 

Поют под утро птички

И бабки матерятся.

Как это роматично:

По крыше шляться ночью

И в босоножках новых

В канал забраться сточный.

В районе ночи белой

Светло и позитивно =)

Люблю тебя я, лето!

С тобой у нас взаимно.

пятница, 9 января 2009 г.

знакомство


Девочка, весело подпрыгивая, бежала по дорожке. За ближайшим поворотом её уже поджидал волк. Он выслеживал её уже 2 недели, с тех пор, как она запустила в него здоровенным поленом, когда он пытался утащить пару овец. Как она только поднять его смогла? Наконец-то, удача улыбнулась ему. Она приближалась. Волк сконцентрировался. Вот ещё миг. Секунда. И он выпрыгнул из-за куста смородины.

 Девочка остановилась, удивлённо раскрыв глаза, её косички тут же перестали радостно скручиваться к небу. Она быстро сообразила, что к чему и взлетела на ближайшее дерево.
 Волк ухмыльнулся.
-Ну, это же глупо, - сказал он.
- Ты уже надоел мне, - сказала девочка, усаживаясь на одну из самых высоких веток.
- Ну, так дай мне тебя сожрать, и я успокоюсь!
- Нашёл дуру, - фыркнула девочка, болтая ногами.
- Тогда я буду сидеть здесь, пока ты не слезешь.
- Тогда я буду орать и звать на помощь!
- Послушай, - волк развалился под деревом и уставился наверх, - кстати, неплохо смотришься…
Девочка налилась краской и натянула юбочку на колени.
- Так вот, охотники всё равно тебя вытащат.
- Ну конечно! Куски меня, ты хотел сказать.
- Это неважно, - поморщился волк.
- Это неважно ДЛЯ ТЕБЯ, - уточнила девочка, - а ты знаешь, один колдун заверил меня, что если поверить в то, что тебя нет, то ты исчезнешь.
 Волк хохотнул.
 - Вот сейчас я закрою глаза и скажу «тебя не существует», и ты исчезнешь…
Волк перекатилась за дерево, чтобы девочка поверила в свои слова.
- Ты с другой стороны дерева, - сказала она огорчённо.
- А ты подсматривала! – обиженно ответил волк и вернулся в прежнюю позу.
- Слушай, а почему ты хочешь меня сожрать? Давай, ты меня лучше покатаешь!
- А если покатаю, ты дашь мне тебя съесть? – спросил волк.
- Ну, это смотря, как покатаешь…
-А если тебе понравится?
- Тогда конечно! Ешь на здоровье!
- По рукам! – согласился волк, - слезай.
- Какие у меня гарантии?
- Слово Серого Волка!
- Ха, не верю!
 Волк рыкнул и укусил себя за хвост. Теперь можно было спускаться, ибо этот укус значил, что волк действительно выполнит своё обещание, или будет вынужден расстаться со своей магической силой, что равносильно смерти.
 Девочка забралась на спину волка.
- Как тебя звать? – спросил волк.
- Я – Га, - представилась девочка, - а ты кто такой будешь?
- Очень приятно. Меня все кличут Тощий. Ну, поехали, Яга?
- Да не Яга, а просто Га! От Галины образовано!
 Он бежал лесной тропинкой. Мелькали цветы, листья деревьев, ягоды кустарников…
- А мне больше нравится Яга, - хохотнул волк.
- Тогда я буду звать тебя Кощей-налей-щей!
- Что? – удивился волк такой наглости.
 Косички девочки вновь устремились к небу. Она была довольна.
- Стой! – Крикнула Га вдруг, - Стой, говорю!
Волк встал как вкопанный, и девочка перелетела через голову, оказавшись прямо перед волчьей мордой в кустах черники.
- В чём дело? – возмутился волк.
- Да из-за тебя, Кощей-налей-щей, башмак потеряла! – она продемонстрировала ему полосатый носок, - мать заругает.
- Да что за напасть с тобой, Яга-без-туфель-нога?! Лапти тебя завязывать, что ли не учили? Ладно, поехали, на обратном пути подберём.
- А если украдёт кто? – насупилась девочка.
- Да кому он нужен – башмак твой глупый?
- Ладно, поехали.
Она вновь забралась ему на спину.

Когда они остановились, девочка не поверила своим глазам. Это было необыкновенно прекрасно. Опушка на берегу озерца была столь красива, что невозможно было оторвать глаз. Водичка в озере светилась солнечными искорками, а на берегу росли разноцветные цветы и мягкая трава. С другой стороны озеро обступили сосны. Солнышко окутало всё вокруг.
 Она плюхнулась на сломанное давным-давно дерево.
- Красотища! – только и смогла произнести она.
 Волк протянул ей кустик черники.
-На, вот, угостись!
- Спасибо, - сказала девочка весело, - никогда тут не была. Давно ты это место нашёл?
- Я-то? Ну, ты чё? Кто ж такие секреты раскрывает?
- Ты ж всё равно меня сожрёшь.
- Тогда ладно. Меня сюда как-то охотники загнали.
- Что? – удивилась Га, - да они бы прикончили тебя как миленького!
- Ну, я ж не дурак, чтоб дать себя прикончить. Видишь вон то бревно? – волк указал на палено, что валялось на противоположном берегу озера.
- Ну, вижу.
- Я там спрятался.
Девочка звонко рассмеялась.
- И они тебя не нашли? – посерьёзнев, сказала она.
- Нет.
- Да всё ты брешешь, - отмахнулась она.
-Садись, - сказал волк.
- Чего?
- Садись, говорю, на спину, ща посмотрим, кто тут брешет!
 
Они домчались до бревна. Обычное себе такое бревно. Лежит – никого не трогает.

- Загляни под бревно, - посоветовал волк.
- Ты, наконец, решил пообедать? – смекнула Га.
- Да нужна ты мне, как собаке пятая нога, - отвернулся он.
- Ага, я сейчас пока под бревно заглядывать буду, ты меня и сцапаешь, - упёрлась девочка.
- Да ты издеваешься, что ли? Не буду я тебя есть, - и укусил себя за хвост.
- А, - завопила Га и захлопала в ладоши, - ты ОБЕЩАЛ МЕНЯ НЕ ЕСТЬ!
-Тьфу, ты, - огорчился волк, - говорил мне папа, все женщины коварны.

Она заглянула под бревно. Под ним как будто ничего и не было, кроме тьмы кромешной. Как ни смотри – ничего не видать. Га засунула руку в провал. Прохладно… Вдруг в ладошку опустилось что-то тяжёлое. Девочка взвизгнула и выдернула руку обратно. На ладоне лежало огромное яйцо.

-Что это, Кощей-налей-щей?! – уставилась девочка на волка.
- Что-что?! Вот, дитя неразумное. Вход это в другой мир, - посмотрел он на неё укоризненно.
- Ты что ли, оттуда пришёл?
- Да я вообще в том мире царём хаОса был! – сказал волк гордо.
Девочка прыснула.
- Оно и видно! ХаОс у тебя, в башке твоей волчьей!

Яйцо неожиданно треснуло, и на свет показалась куриная лапка.

-Эх, - вздохнула девочка, - а я-то думала, там что-то волшебное…

Но тут из яйца показалась вторая лапка. Га поставила его на землю. Ощутив твёрдость под ногами, яйцо запрыгало в сторону бревна, пока, наконец, не расшиблось об него. На земле, озираясь по сторонам, сидела маленькая избушечка с курьими лапками.
Девочка удивлённо уставилась на неё, а потом посадила на руку.
- Это что? – спросила она волка.
- Сама не видишь что ли? Изба на ногах курьих, - заявил деловито волк.
- А можно, я её себе оставлю? – спросила девочка.
- Мне-то что? Оставляй, только потом на себя пеняй.

Га засунула избушку в кармашек платья и влезла на волка.

- Ну, Кощей, хочешь щей? Поехали домой! – скомандовала она.
- Не понял, - опешил волк.
- А что ты не понял? Домой, говорю, поехали. Съесть ты всё равно меня теперь не сможешь. А ещё башмак найти надо.
- Ладно, Яга-босая-нога, поехали, - обречённо вздохнул волк. 

среда, 7 января 2009 г.

когда пришёл Запад в гости


Женщина в изящном фиолетовом платье носилась по небольшой каменной зале, пересекая её с востока на запад и обратно. Она явно была не в настроении. Наконец, она устала и села в мягкое тёмно-вишнёвое кресло. На столике рядом стоял бокал красного вина. Женщина закусила губу. Ей было неприятно находиться в каменном помещении, где от стен веяло могильным холодом. Она была, что называется, в самом расцвете. На вид – не больше 20 лет. Тёмно-красные кудри были заплетены в хитрую причёску, и две прядки спускались на плечи. Она была красива.
 Ей надоело сидеть, и она вновь отправилась обходить залу. Вот два кресла и столик у камина, на полу тёплая медвежья шкура, дальше по всем стенам располагались книжные шкафы. Зала была круглой. Ближе к восточному окну находился клавесин и чтобы хоть как-то развеять скуку и разнообразить ожидание, женщина направилась к этому инструменту. Открыла крышку и вспомнила уроки музыки.
 Дверь распахнулась.
- Моя прекрасная графиня! Ваш музыкальный вкус всегда восхищал меня, - сказал вошедший мужчина лет 35. Он был одет в роскошный сюртук и брюки по последней моде.

Не обращая на него внимания, женщина доиграла произведение до конца и лишь после этого встала, закрыла крышку и обернулась к своему собеседнику.

- Добрый вечер, - приветствовал он её любезно.
- Да как Вы посмели? – вскинула она одну бровь.
- Ах, сударыня, любовь на многое способна… - сказал он нежно и сделал несколько шагов в сторону кресел, затем подошёл к одной из книжных полок и вытащил томик Мольера. Пролистал его и поставил на место. Всё это время женщина оставалась неподвижной и наблюдала за мужчиной. Наконец, он сел в кресло и уставился в огонь.
- Так что же Вы решили, сударыня?
- Я решила, что Вы унизили меня, и что Вам хватает наглости и дальше продолжать это делать!
- Предложение стать любовницей для Вас унизительно? Позвольте, некоторые женщины ещё и платили бы мне, чтобы я был их любовником.
- Некоторые – пусть платят, если не видят, что Вы любите только себя!
 Мужчина рассмеялся. Достал из кармана часы, проверил время. Затем налил себе вина и предложил даме присоединиться. Она отвернулась.
- Итак, как долго мне ещё придётся утруждать себя уговорами? – спросил он насмешливо.
- Может, хватит этого цирка? Немедленно выпустите меня из этой клетки! – перестала она себя сдерживать.
 Он встал, подошёл к ней, пожалуй, слишком близко, схватил за талию и прошептал на ухо:
- Только после того, как ты скажешь «да».
 Такой наглости она не могла выносить, вырвалась и оставила на его лице яркий отпечаток руки.
 Он снова рассмеялся. 
- Когда надумаешь, скажи слугам позвать меня, - сказал он и вышел за дверь. Щёлкнул замок.

Женщина зарычала. Ещё никогда она не чувствовала себя такой бессильной, такой униженной. Она никогда не переступит свою гордость и не опустится до звания любовницы пусть даже и не последнего человека в этой стране.

Она знала, что человек этот был не прост. Ох, как не прост. Он был достаточно сильным магом. Она знала, что многое смогла бы получить, скажи она это пресловутое «да». Но и сама она была волшебницей. И сказать «согласна» равносильно отказу от своего могущества, потому что вся сила перейдёт к этому хитрецу. Он не может взять её силой только потому, что так потеряет свою магию.

Ситуация была просто отвратительна. И кто её подставил? Собственный дракон! Нет, она, конечно, знала, что всё было продумано очень тщательно, но если бы только дракон не был столь злопамятен, она бы не торчала сейчас в одной из башенок колдуна.

Что ж, придётся извлекать пользу из имеющихся обстоятельств. Волшебница прошла по зале, проверяя книжные полки. После получаса изучения содержимого она взбесилась до невозможности. Он подсунул ей любовную лирику. Все полки были забиты романами, трагедиями, комедиями лишь на эту пресную тему.

Наступил вечер. Принесли еды. После ужина снова зашёл колдун.

- Послушай, я подумал, Гая, может, прогуляемся по парку? 

«Это шанс» - подумала волшебница.

- На это я, пожалуй, скажу «согласна» - сказала она надменно.

Он ухмыльнулся. Накинул ей на плечи плащ, и они отправились в парк. Пока шли по переходам замка, Гая отметила для себя, где находится его библиотека. Нет ничего ценнее для мага, чем его коллекция трактатов. 
Наконец, они оказались в саду. Тёплый летний ветерок тихо шелестел листьями ив и верхушками елей. Он взял её под руку и повёл куда-то по едва заметной тропинке. Парк вовсе не был похож на сотни парков других вельмож, что копировали друг друга вплоть до кустов роз около парадной лестницы. Парк оказался просто лесом. Наконец, он вышли на небольшую полянку. На ней стояла изящная скамеечка, а недалеко от края едва заметно журчал фонтанчик. Он поставил свой посох между фонтаном и скамейкой и на нём(посохе) сам собой появился горящий изящный фонарик из цветного стекла. По полянке разбежались цветные пятнышки света.

- Ты умеешь устраивать представления, - сказала Гая.
- Для любимой женщины я способен на всё.

Волшебница усмехнулась. 

-Ты способен на всё для получения моей силы, Айек, - невозмутимо сказала она.
- Ты слишком жестока к моему сердцу, - состроил он печальное выражение лица.
Вдруг её руки потеплели, это могло значить только одно. Дракон был где-то рядом. Но общаться с этим предателем не было никакого настроения.

- Послушай, Айек, с чего ты взял, что я решу отдать тебе своё волшебство? С какой стати?
- Я помню, мы неплохо раньше общались. Помню наши встречи…

Руки становились всё горячей. И как этому мерзавцу удаётся быть таким тихим? Обычно он переломает половину деревьев по краю чистого поля, пока будет взлетать, а ту будто мышь крадётся.

- Наши встречи? Мы тогда ещё не были колдунами, - сказала она удивлённо, а затем прищурилась и вкрадчиво произнесла, - и подлецами, кстати, не были тоже!

Тут она почувствовала, как что-то зацепило край её платья. «Чёрт» подумала она и скрылась под скамейкой. 

От неожиданности Айек даже встал и сел обратно.

На ночном небе чётко вырисовывался силуэт трёхглавого дракона и волшебницы на нём.

- Но как? – недоумённо прошептал колдун. И запустил молнию в обманщиков.

В ответ раздался звонкий женский смешок, и молния полетела в хозяина. 

Когда он вылез из-под скамейки, небо было чистым как в Рождественскую ночь. Он вернулся к себе. В замке царила суета. Айек бросился к библиотеке. Он не поверил собственным глазам, когда понял, что трактат о бессмертии пропал, а его любимый стеллаж с трактатами призывов демонов уже догорает. 
Он же не знал, что её дракон может превращаться в ящерицу.

- Я запишу это на Ваш счёт, Гая, - улыбнулся он. 

грустная сказка о сказочных персонажах... один из вариантов жизни



- Эй, извозчик! – проскрипел сиплый голос.
- Да, бабуся? – прогудел в ответ дальнобойщик.
- Чаво так летишь, метлы на тебя нет?!
-Так с ветерком Вас домчу!
 Бабуся мысленно перекрестилась. Что и говорить, все эти поездки стали куда менее интересны, зато куда более комфортны. А в её-то летах комфорт важен. Раньше, бывалоча, заберёшься в сани и трясёшься до Петербурга по снежку свежему зимой, или летом: в повозочку к честному крестьянину запрыгнешь и спишь себе всю дорогу… дня два…
 Пухленький дядечка тихонечко подпевал радиоприёмнику:
- «Фа-фа-фа, с дороги уносите ноги,
Фа-фа-фа, безумный – человек разумный…»
 Бабуля покосилась на водителя и ещё разок помянула про себя всю его семью до прабабки его бабки включительно. 
 Дорога от Петрозаводска до Питера, конечно, не так далека, как до Хабаровска, и бабушка предпочитала кататься автостопом. Тем более что, собственно, до Петрозаводска ей ещё тоже нужно было добраться, что вызывало только лишне проблемы.
- А ты, бабуль, внуков, что ли в Питер едешь навестить? – спросил водила. Кстати, водилу звали Владимир. И было ему около сорока.
- Да, внучков повидать желаю. Чай, забыли уже бабушку свою, - этот её специфический акцент и старые словечки забавляли Володю. Да и бабку ему никогда подвозить не доводилось, хотя, слышал про неё, конечно. Обычно-то, стопом только молодёжь катается, а бабуля эта странная была. Нет-нет, да и расскажет кто из знакомых, что бабку подвёз. Говорят, подвезти её – большая удача. Год потом проблем не знаешь: ни один Гаишник не остановит, машина не подведёт ни разу, да мало ли ещё что! Короче, как заговорённый год живёшь. Главное, не хамить бабуле, и до места запрошенного доставить.
- А чего ж они тебя к себе в город не заберут? 
-Что ты, сынок! Пока тудыть-сюдыть ездить могу, ни за что в ентую пылищу не поеду! Дышать там нечем, да и больно сыро. Болото – оно болото и есть. Только каменное теперь.
« Ей бы сказки рассказывать» - восхитился мысленно Володя.
- Ну а ты, милок, чего баранку крутишь? В ВУЗ не поступил?
-Да нет. Поступил. Закончил даже. Но вот не могу на одном месте сидеть. Всё меня в дорогу тянет, сам не знаю почему..
- Жена-то есть?
- Есть, конечно! И детишки – двое – мальчик и девочка. Парень уже высшее получает, а дочурка – в школе пока.
- Это антиресно весьма, но подремлю я, сынок, немножко.
 Бабка отвернулась к окну и мгновенно засопела. 
 Кстати, бабку звали Авдотья Кузьминична… По крайней мере, последние полтора века.
 К утру домчались до Питера. Авдотья Кузьминична попросила высадить её у Московского вокзала.
- Ты, Володя, жену не забывай. Как дочке жениха выбирать будете – внимательным будь. Даст Бог, свидимся. Счастливого пути! – сказала бабка и дверцу захлопнула. Володя отчалил.

 Бабка направилась в одну из подворотен. Где-то здесь у её знакомого была квартирка.

- Открывай, Кузьма! Бабуля твоя приехала! – сказала Авдотья Кузьминична перед дверью, и дверь распахнулась сам собой.

- О, Авочка моя приехала! – заорал вывалившийся из дальней комнаты паренёк, подбежал к бабуле и поднял её на руки.

- Текс-фекс-пекс! Поставь меня на пол, не ори, закрой дверь. Или в любом другом порядке – скомандовала бабуся.

Парень тут же бросился закрывать дверь, не забыв перекинуть бабку через плечо. Потом он поставил её на ноги и поцеловал в щёку.

- Как добралась, родная моя?
- Добралась – значит, нормально. Есть чё поесть?
- Ща яишенку сбацаю!
 - Ты ещё тут кукарекать не начал с яишенки?
- А чё? – растерянно-грустно проговорил парень, - не будешь? Хочешь, пельмешки сготовлю?
- Давай, удиви меня, гений кулинарного искусства! Пойду, сполоснусь с дороги. Полотенце дай?

Парень протянул полотенце из шкафа и скрылся на кухне.

  Авдотья Кузьминична устало заползла в ванную. По правде говоря, перевоплощаться ей было откровенно лень, но с Кешей они не виделись уже добрых 3 года, посему нужно было блеснуть. Пришлось доставать все свои баночки-скляночки.

Через час из ванны выпорхнула молодая симпатичная девушка в коротеньком рыжем халатике.

- Авочка, всё готово! Королевский завтрак! – крикнули из кухни.

- В постель? – пророкотал бархатный голосок.

Ответа не последовало, зато последовало «ай», и Авдотья отправилась на кухню.

- Подгорело… - у плиты стоял огорчённый Кеша.
- Ну-ну, мой милый мальчик, только не плачь! – сказала Ава с искренним сочувствием, - где Кузьма? Кузенька! Забыл хозяйку?
 - Здесь я, - донеслось из-за занавески.
- Ах, ты мой пушистенький, иди сюда, я соскучилась!!!

Из-за шторы выглянула чёрная кошачья мордочка. «Мордочка» - весьма условное понятие в нашем случае, ибо кот был внушительных размеров, и если бы ему вдруг вздумалось, спокойно мог бы съесть какую-нибудь глупую болонку. 

- Рассказывай, водил ли Кеша сюда других баб-с? – строго спросила Авдотья, откинув высохшую чёлку рукой.

- Ава… - начал было Кеша.
-Ты накладывай, давай еду в тарелки! Не с тобой разговор ведётся. Спать я голодная должна ложиться?
- Я слуга тебе что ли?! – взбесился парень.
-А, вот ты как меня встречаешь, цветочек Аленький! – не осталась в долгу Ава.
 Минуту они убивали друг друга взглядом, но потом Кеша занялся едой, бурча себе под нос что-то лестное в адрес своей подружки.
- Ну не дуйся на меня… - она надула пухлые губки и заморгала ресничками, - я усталая просто – добавила она детским голоском, - ну, прости?
- Я пошёл, – сказал тихо кот.
- Стоять! – тут же схватила его за ухо Ава, - так что здесь было?
- Пьяные оргии, куча наркоты (кстати, дым, не поверишь, развеялся именно к сегодняшнему утру – как знал, что ты приедешь!), песни у костра, пепелище в квартире… - воодушевленно перечислял кот.
-Ага… - задумчиво протянула хозяйка, закидывая ногу на ногу.
- Да ладно, что ты, не знаешь что ли? Опять он на крыше днями просиживал, потом к морю поехал, потом по лесу бродил, потом в академию художеств поступил, потом.. Чё потом, Кеша? – спросил кот парня.
- Где? – тот сделал вид, что не слушал.
- Ладно, пушистый, у меня в сумке подарки тебе из леса.

Кот мгновенно покинул кухню.

- Что в лесу? – спросил Кеша.
- В лесу война. Лесников всё меньше. Дельцов всё больше... Ты избу-то мою помнишь?
- Ну?
- Вот и гну! К ней теперь дорога широченная. Пришлось уходить вообще со старых мест. Думаю, её к границе увести. Вроде, всё собрала. Идёт сейчас по лесам, голубка моя. Я вот к тебе в гости наведаться решила.
- Рад. Очень рад.
- Бездушный ты.
- Не, я – Бессмертный.

Доели яичницу.

- А в городе что?
- Скука. Нефоров всё меньше. Серости всё больше. Книжек никто уже не читает, музыку достойную не слушает и не пишет. Как они с тоски не померли тут все?
- Ты чего, если помрут, кто ж нас вспомнит?
- Кофе будешь?
- Не, я – чай... Ты нашёл, что искал?
- Ну, скажем так, я понял, что нет смысла искать. Найдёт кто, сломает, - значит помру. Не найдёт – поживу ещё чутка. Я тут Кастанеду читать начал. Ты знаешь, понял, что тоже могу стать кастанедой.
- Брось, Кеша. Зачем тебе с дурнями этими связываться? Мозги свои всё равно не вставишь.
- Нет, ну а вдруг в них славянская кровь проснётся? Я ж всё доступно изложу.

Чай кончился.

Авдотья помыла посуду.

- Ну, мОлодец, накормил-напоил, теперича в койку пошли?
- Эх, Яг.. Ава, за что я тебя люблю, так это за то, что есть в тебе постоянство какое-то… - задумчиво изрёк Кеша


Он закурил.

- Коша, - парень поморщился как от зубной боли, - в смысле, Кеша. А я вот так прикинула, если б мы с тобой да в реальном возрасте своём такое устроили, вот потеха была бы, да?
-Потеха тебе, - усмехнулся Кеша, - потеха была бы, когда разогнуться бы не смогла.… Вот уж нахохотались бы!

Она забралась на подоконник.

- А почему ты в лес больше не приходишь?

Он нахмурился.

- Говорил уже сто раз.
- Но я ведь хожу.
- Ты, мать, видать, мазохистка! Не хочу на мертвый лес смотреть. Не хочу и не могу. Больно это.
- Поэтому в каменный мешок забрался и сидишь как в погребе – света белого не видишь!
- Я хожу в лес…
- В парк что ли? В ЦПКиО? – хохотнула девушка.

Парень ничего не ответил. Потому что куда ни пойди – лес мёртвый.

- В Лосево я был.
- Тоже помрёт скоро, - сказала она равнодушно.
- Отчего ты злая такая?
- Дык... положено мне! По сценарию! Али забыл, братец?
- Пошли на крышу?


Они оделись, взяли кота и пошли на крышу. Авдотья достала из кармашка джинсов маленький блокнотик. Кеша потянул ей ручку. Кот пригрелся на солнышке и уснул. Кеша рассказывал смешные и не очень истории, Авдотья рисовала.

А когда пришёл вечер, они пытались найти звёзды на небосклоне. Но на светло-сером небе их так непросто отыскать…